Дмитрий Марков - Золотые Мечты

К списку
СообщениеАвторДата/Время
Золотые Мечты
Дмитрий Марковср 31 авг 2005 12:41:21

    Что-то происходило с миром. Что-то страшное. Он понял это еще там, в далеком Лос-Анджелесе, от которого его теперь отделяли тысячи миль и больше трех десятков лет жизни. Воспоминания, как оттиск, помещенный в раствор сильного проявителя, становились с каждой секундой все ярче. Они наполнили его сознание запахами, ощущениями, звуками той дождливой осенней ночи.

    Пустые глазницы разбитых окон смотрели на него сверху. Покосившиеся стены брошенных домов грозили обрушиться даже от небольшого толчка. Это был старый городской квартал, в котором уже лет тридцать никто не жил. И чем меньше оставалось здесь признаков человеческого присутствия, тем больше проступали какие-то зловещие, странные формы, навивавшие тоску и отчужденность. Необычные изгибы искореженных стен, ржавые старинные механизмы, видневшиеся сквозь провалы обрушившейся кладки, да и сам воздух, наполненный сладковатым запахом гниения, вызывали у него тошноту. Даже сумасшедшие городские собаки, похоже, старались держаться подальше от этих мест.

    Ливень шел весь день и уже половину ночи. Так что Донован, наплевав на все полицейские инструкции, перебрался из отведенного ему укрытия, в заваленную битым кирпичом нишу заброшенного дома. Здесь хотя бы не чувствовалось, пронизывающего до костей ветра, а главное можно было спокойно закурить. Другие полицейские, мокнущие в своих ненадежных укрытиях среди груд битого кирпича, с завистью смотрели в его сторону. Теплый табачный дым сделал свое дело. Мало помалу холод отпустил. И даже, мокрая, липнущая к телу одежда казалось, доставляла меньше неудобств.

    Темный фасад здания, находящегося на противоположной стороне площади, снова приковал его внимание. Оно было очень старым, построенным еще в прошлом веке, с массивными стенами способными выдержать небольшую осаду. Донован отметил, что в лунном свете, оно казалось значительно выше и выглядели гораздо более зловеще, чем днем.

    Похоже, никто уже не помнил, для чего это здание было построено изначально. По словам старого архитектора, архивные данные были утеряны еще в начале века. Само же здание долгие годы пустовало, пока в 30-х годах, одна из молодых, бурно развивающихся киностудий, не решила переоборудовать его под кинотеатр. Новые владельцы вложили большие деньги в реконструкцию, и уже через несколько месяцев состоялось торжественное открытие. В этом качестве здание просуществовало всего несколько лет. Последний киносеанс прошел в 39 году, после чего киностудия отказалась от его дальнейшего использования. Старик вспомнил, что об этом кинотеатре ходили какие-то странные слухи. Пленка часто рвалась во время показа фильмов, электрическое оборудование выходило из строя, огромный зрительный зал даже на премьерах оставался полупустым. Он считал, что именно эти проблемы послужили причиной отказа киностудии от его дальнейшего использования.

    На самом деле причина была иной. Донован понял это после небольших раскопок в полицейском архиве. Он выяснил, что этот кинотеатр как магнит притягивал к себе городских самоубийц, предпочитавших сводить свои счеты с жизнью прямо во время сеанса. Информация об этих событиях так и не просочилась в прессу. Видимо кто-то на самом верху очень не хотел создавать ажиотаж, и успешно использовал для этого все свои ресурсы. Записи остались только в полицейском архиве.

    Утром Донован увидел это здание своими глазами. Старые угрюмое стены, успешно выдержав все удары времени, возвышались над окружающим пустынным пейзажем. Лишь сетка трещин на мраморе фасада, как морщины на лице старика, могли поведать его истинный возраст.

    С каждым часом ливень усиливался. Тусклый свет полной луны, с трудом преодолевал этот подвижный полог. Наконец видимыми остались лишь темные массы окружающих стен, поблескивающие от стекающей по ним влаги.

    Сверкнула далекая молния, отразившись белыми ядовитыми змейками в тысячах стеклянных осколков, усеявших мостовую. Донован снова выругался. Он устал ждать. Сигареты тоже давно закончились. Раскаты грома следовали один за другим, почти без задержки. Значит, гроза еще только приближалась. Похоже, им предстояло провести эту ночь в эпицентре настоящей бури. Доновану стало совсем плохо. Скорее всего, информатор ошибся, и они проторчат здесь совершенно зря. Во всяком случае, никаких признаков жизни на той стороне площади он не заметил.

    Справа, в развалинах того, что раньше было книжным магазином, три раза мигнул свет фонаря. Сначала Донован подумал, что опять видит отражение молнии. Но сигнал повторился. Долгое ожидание подошло к концу.

    Фигуры полицейских, пригибаясь к земле, со всех сторон устремились к темнеющему контуру кинотеатра. Через секунду раздался страшный грохот. Вспышка белого, невыносимо яркого света озарила окрестности. Ее росчерк оставил четкий, пульсирующий след на сетчатке Донована. Это один из разрядов молнии попал в медный купол кинотеатра. Наступившую тишину разорвал резкий треск. Сверху на мостовую посыпался фонтан искр, а в воздухе запахло озоном с едкой примесью горящей изоляции. Ржавая неоновая вывеска, простоявшая на верху здания долгие годы, неожиданно ожила. Видимо вода, закоротив электрические кабели, включила внутреннюю автоматику управления. Как ни странно, она еще работала. Гигантские буквы, составленные из длинных трубок наполненных аргоном, начали вспыхивать одна за другой, осветив улицу странным призрачным светом. Каждый предмет на мостовой стал отбрасывать множество теней, дергавшихся в такт световой пульсации. Неоновый свет отражался в мокрых стенах, асфальте, лицах замерших в изумлении людей. Он окрашивал струи дождя, создавая вокруг букв мерцающее, голубоватое сияние, которое как водопад лилось вниз, разбиваясь на мелкие брызги при соприкосновении с потрескавшимся асфальтом мостовой. Наконец, мигнув несколько раз и выбросив откуда-то сзади очередной сноп искр, загорелась последняя буква. Световые пятна сложились в окруженные ореолом слова:

    кинотеатр
    «З.О.Л.О.Т.Ы.Е М.Е.Ч.Т.Ы»

    Из мощных динамиков, расположенных по всему периметру здания, зазвучала странная, тягучая музыка. Как будто кто-то запустил пластинку с веселой мелодией на замедленной в несколько раз скорости. Страшно искаженный мужской голос, больше напоминавший шипение змеи, произнес, растягивая слова:
    «ДОООББББРООООООО ПОООООЖЖЖЖЖАААЛЛЛЛЛОООООВВВВВАААААТТТШШШ ВВВ НААААШШШШШ ККККИИИНННИНОООООТТТТТЕЕЕЕЕЕАААААТТТТТРРРРРРР.
    ЛЛЛЛУЛУУЧЧЧЧЧЧЧШШЕЕЕЕЕ ШШШШШОООООУУУУУУУУ ЭЭЭЭТТТОООГОООО ГГГГГГОООООДДДДДААААААААА, ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗДДДДДДДДДДДССССССССЬЬЬЬЬЬЬЬЬ СССССССССБББББББББББЫЫЫЫЫЫВВВВВВВВВВАААААААЮЮЮТТТТТССССЯЯЯЯЯ ВВВВВВВВССССССССЕЕЕЕЕЕЕ МММММЕЕЕЕЕЕЕЕЧЧЧЧЧТТТТЫЫЫЫЫЫЫ…»
    В динамиках что-то щелкнуло, голос замолчал. Воцарилась тишина, пронизанная гулом мощных неоновых ламп. Свечение букв становилось все более ярким, словно напряжение, подаваемое на них, росло с каждой секундой.

    Офицер в соседнем здании что-то прокричал в мегафон и замершие фигурки полицейских, снова сдвинулись со своих мест. В этом мигающем световом потоке они больше не напоминали живых существ. Глаз фиксировал лишь промежуточные фазы их перемещения. Казалось, что время утратило здесь свою силу. Окружающий мир превратился в набор черно-белых фотографий с призрачными тенями, которые чья-то умелая рука меняла одну за другой, создавая видимость прерывистого, дергающегося движения. Как будто все они переступили невидимую границу реальности и с каждым шагом все дальше и дальше уходили в иной, потусторонний мир, живущий по своим страшным и недоступным человеческому разуму законам. В мир, где люди были лишь марионетками, подвластными темной всепоглощающей воле неизвестных сил.

    Донован наблюдал за этой жуткой картиной, в каком-то оцепенении. С каждым мгновением в нем росло чувство неотвратимой катастрофы.

    Тем временем фигурки полицейских достигли конца своего призрачного пути. Одного за другим, их поглотил темный проем центрального входа. Какое-то время ничего не происходило. У Донована даже появилось надежда на то, что все обойдется и его предчувствия не более чем игра воображения. Но тут, внутри здания раздалось тихое жужжание. Затем шелест кинопленки, как будто заработал старый кинопроектор. Ему даже послышались далекие голоса и чей-то приглушенный смех. Через несколько мгновений смех сменился воплями ужаса. Сердце Донована дико заколотилось. Превозмогая страх, он бросился через площадь, вслед за ушедшими товарищами.

    Но было уже слишком поздно.
    Он понял это, в тот самый момент, когда призрачный свет охватил его со всех сторон. Сияние окружило его своими светящимися пульсирующими кольцами и медленно потащило к темной пирамиде кинотеатра. Его собственная воля больше не имела никакого значения, тело ему больше не подчинялось.

    Старый кинотеатр тем временем стал оживать. По всему его периметру упали тяжелые металлические ставни, скрывавшие в своем чреве подсвеченный изнутри витраж с нарисованной праздничной толпой состоящей из взрослых и детей, спешащих на представление. Мужчины были одеты в строгие двубортные костюмы, женщины в разноцветные платья причудливых фасонов, бывших в моде лет сорок назад.
    На мастерски нарисованных лицах играли счастливые улыбки. Их пустые нарисованные глаза смотрели куда-то в даль, за переделы видимого изображения.

    И тут, в глубине этой толпы, Донован увидел знакомое лицо.

    Это было лицо Дика Шнейдера, полицейского возглавлявшего штурмовую группу. Оно было искажено гримасой невыносимого ужаса и сильно отличалось от других лиц, больше напоминая фотографию, чем рисунок. Глаза Дика были широко открыты. Они всматривались куда-то в даль. Донован понял, что если подойдет еще ближе, то сможет увидеть отражение невидимого кошмара в глубине его зрачков.

    Вдруг лицо Дика ожило. Его голова, чудовищно медленно повернулись в сторону Донована. Страшное усилие исказило нарисованный рот, и он услышал тихий шепот. Шепот, пришедший откуда-то из глубин этого зловещего мира, находящегося по ту сторону светящегося стекла.

    - Уммммррррииииииии, пппппооооооокккккккаааааа мммммммоооооожжжжжееееешшшшшш

    Постепенно черты Дика стали оплывать, ужас в его глазах исчез, сменившись холодным равнодушием, а на лице появилась та же безлико счастливая улыбка, что и у остальных участников безумного праздничного шествия. Еще через миг он затерялся в толпе, став ее неотличимой частью.

    Донован понял, что ждет его там, внутри. Он хотел дотянуться до пистолета, но рука не слушалась. Напрягая все оставшиеся силы, он сделал попытку освободиться от той темной сущности, которая словно паук, тянула его к себе. Но ее мощь была поистине безграничной. Не в силах больше сопротивляться, он сделал еще два шага вперед и только тогда заметил, что у окружающего света появился новый, оранжевый оттенок. Это, охваченная огнем, пылала крыша кинотеатра. Языки пламени уже добрались до неоновых букв и жадно лизали их светящиеся стеклянные колбы. Сверху раздался сухой треск, и вниз посыпались горящие куски кровли. Затем что-то тяжелое ударило Донована по голове и он потерял сознание.

    Одна из балок перекрытия, проломив стену, рухнула вниз. От сильного удара здание вздрогнуло. Глубокая трещина разорвала поверхность светящегося витража. Там где она коснулась нарисованной руки молодой девушки, теплая алая кровь, тонким ручейком засочилась из глубокого пореза, а в оживших голубых глазах показались блестящие бусинки слез.

    Все новые трещины продолжали змеиться по поверхность витража. Кровь, багряными нитями стекала вниз по его стеклянной поверхности, смешивалась с потоками дождевой воды. Вскоре эти потоки стали настолько сильны, что подхватили бесчувственное тело Донована и медленно понесли его в темноту улиц.

    На несколько минут он пришел в себя. Во рту чувствовался металлический привкус дождевой воды смешанной с кровью и песком. Донован посмотрел назад, но темнеющие остовы развалин почти закрыли багровое зарево пожара.

    В следующий миг оглушительный рев потряс окрестности. Земля задрожала. Асфальт вздыбился каменной волной, когда что-то жуткое поднявшись из подземных глубин, легко стряхнув с себя тонкую корку человеческих сооружений. Возможно, впервые предстало Оно под небом этого мира в своем истинном, ужасающем облике, закрыв луну и звезды расплывчатой струящейся тенью. Как черный гриб с нитями белесых отростков, поднялось оно, вырывая из земли свои корни-шупальца, тысячи, а возможно и миллионы лет таившиеся в ее глубинах. Кровь застыла в жилах Донована при виде этого существа. Это была НЕжизнь, страшная и подвижная, обладающая волей и возможно разумом, но не жизнью в человеческом понимании. Неожиданно гигантский сноп белого пламени, вырвавшись откуда-то снизу, взметнулся вверх, пронзая нависшее над миром медузоподобное тело. Оно изогнулось, а затем скорчилось в страшной агонии, разбрызгивая вокруг себя ошметки живого огня. Сверху, из нависающих туч, к нему устремились тысячи молний. На миг стало светло как днем. Черная туша в последний раз выгнулась и тяжело опала, пронзаемая этими живыми копьями. Доновану показалось, что в глубине электрического потока он видит товарищей, убитых неведомой силой, но нашедших способ освободиться от своей чудовищной участи. Теперь они стали частью великого огненного моста соединившего небо и землю. Это было последнее что он запомнил, потом его сознание окончательно померкло, а продолжавшая прибывать вода медленно тащила его за собой, словно пытаясь унести подальше от пережитого кошмара. Светящийся столб стал постепенно угасать. Наконец, последняя, белая искорка достигла облаков и скрылась в их глубине. Молнии все еще продолжали колоть своими световыми копьями землю, но уже как-то вяло, потеряв первоначальный напор. Их дело продолжил обычный огонь. Пожар распространился на соседние здания. Температура огня была такой, что даже камень плавился, словно это была обычная пластмасса. Дождевая вода, стекала по раскаленным стенам, превращаясь в пар, который, смешавшись с дымом, заволок все окрестности серой вязкой пеленой.

    Пожарные смогли прибыть к месту катастрофы только на следующий день, когда стихия немного утихла и по дорогам стало возможно передвигаться без опасения быть смытым в кювет.

    Разрушения были огромны. На месте нескольких городских кварталов образовался громадный провал, уходящий в глубину земли. Кругом валялись куски какой-то слизи с копошащимися в ней огромными белыми червями неизвестного науке вида. К вечеру стаи черных ворон буквально облепили окрестности. Они склевывали этих червей и улетали, но их место сразу занимали новые. Никакие попытки отогнать птиц результатов не дали. Словно что-то извне руководило их поведением, полностью отключив инстинкт самосохранения.

    После того как в окружающей кратер земле, группа спасателей нашла тысячи страшно изуродованных человеческих тел, место катастрофы было перекрыто двойным оцеплением войск. Найденные останки были оплетены странными волокнистыми трубочками, которые проникали внутрь тел и органов. Эти трубочки соединялись между собой напоминая единую корневую систему и обрывались в центральном кратере, наполненном какой-то вонючей жижей. Экспертиза дала ужасные результаты. Еще день назад, большинство этих тел были еще живы.

    После проведенных в спешке исследований, кратер был засыпан и забетонирован. Официально было объявлено, что произошел сильный взрыв газа в результате попадания электрического разряда в подземный резервуар. О жертвах не сообщалось.

    Донован очнулся в центральном госпитале лишь через месяц. Врачи констатировали у него сотрясение мозга, сильное нервное расстройство и частичную амнезию. Следователям он сказал то же, что и врачам: что почти ничего не помнит из событий той ночи.

    Да, он видел сильный взрыв. Да, они должны были выполнить какое-то секретное задание, подробности которого знал только капитан. Впрочем, следователи особо не настаивали, инцидент было решено замять и «амнезия» единственного оставшегося в живых свидетеля их вполне устраивала. Донован подозревал, что им известно гораздо больше, чем знает он сам, и вся эта операция была всего лишь ширмой какого-то ужасного эксперимента, в котором они сыграли роль подопытных кроликов.

    А ночью приходили кошмары. Он плохо помнил их содержание, но каждый раз вырвавшись из потных объятий сна, видел за окном одну или несколько ворон, которые внимательно следили за ним своими желтыми, светящимися в ночи, зрачками. Они стали преследовать его. Везде он видел их неподвижные тела, холодные выжидающие взгляды и стальной отблеск черных перьев. Он стал подозревать, что сходит с ума, и эти птицы живут только в его воображении. Через месяц после выхода из больницы, он уволился со службы и улетел на другую сторону континента, поселившись в небольшом тихом городке на берегу океана. Возможно помогла смена обстановки, а может птицы просто не смогли найти его в такой дали, но больше он их не видел. Кошмары вскоре тоже прекратились. Через несколько лет он встретил Джейн, вскоре ставшую его женой. Затем выдвинул свою кандидатуру на освободившееся место шерифа, и неожиданно выиграл. С этого времени у него потекла размеренная провинциальная жизнь, казалось навсегда похоронившая его прошлое под грузом новых забот и проблем.

    И вот сейчас все вернулось. Ему опять показалось, что он слышит шорох тысяч маленьких коготков, скребущих по кафельным плиткам пола. Он вспомнил шелест черных крыльев и внимательные равнодушные взгляды янтарных глаз. Он понял, что теперь, когда судьба нашла его вновь, ему уже не уйти.

    Сверху послышались осторожные шаги. Стук коготков, доносившийся из-за запертой двери операционной, прекратился. На миг Донован подумал, что все дело в его воображении, и что там не может быть никаких птиц.

    Но почему-то он в это не верил.

FighterRe:Золотые Мечтычт 01 сен 2005 23:50:41
    Не плохо, а почему так далеко? Работайте дальше, думаю будет интересно. Желаю удачи!
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтыпт 02 сен 2005 09:45:15
    Не работает у меня фантазия про близко. ;)
Грустная КобраRe:Золотые Мечтыпт 02 сен 2005 13:10:48
    Навеяно Кингом?
    ... если его всего сразу прочесть, что-то в этом духе и получится.
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтыпт 02 сен 2005 14:56:06
    Скорее Лавкрафтом. Впрочем они оба из америки, видимо есть там что-то такое ...

    Еще один эксперимент подобного рода. Правда критику не понравилось. ;) :

    http://manga.ru/lib/view.php?id=16526
FighterRe:Золотые Мечтыпт 02 сен 2005 15:27:15
    Вы действительно темная личность!
BansheeRe:Золотые Мечтысб 03 сен 2005 07:17:56
    Тяжеловесно очень, как и предыдущий опус.
Грустная КобраRe:Золотые Мечтысб 03 сен 2005 18:31:02
    "Чайки" мне понравились :). Легкая, не перегруженная описаниями зарисовка. Не знаю, но тот рассказ мне почему-то запомнился как "чайки", а не как шорох прибоя. :))).
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтыпн 05 сен 2005 10:08:48
    Буду работать над собой. ;)
DinRe:Золотые Мечтыпн 05 сен 2005 16:11:15
    Наконец-то, хоть одна зрелая вещь. Я уже успел забыть про первую часть и, в силу особенностей своей памяти, долго перебирал кадры до иррациональности мрачного фильма-ужастика, пытаясь вспомнить как он называется, и где я его видел. :) Рэспект.
    Скажите, чтобы успокоить моё чувство de ja vue, эта вещь или её отрывки где-нибудь ранее публиковалась?

    Тем временем фигурки полицейских достигли конца своего призрачного пути.
    Тут, IMHО, одно из слов "фигурки" или "полицейских" стоит опустить.
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтыпн 05 сен 2005 17:18:20
    Тут, IMHО, одно из слов "фигурки" или "полицейских" стоит опустить.

    Мне хотелось показать что это уже не полицейские, а куклы. Поэтому исправлять не буду ;)

    На самом деле это рассказ одного из героев моей недописанной книги "Сноулэнд" (шерифа приморского городка). Как только доделаю, выложу рассказ еще одного персонажа - старика умеющего слушать рассказы старых вещей (это будет история его любви). Главной героиней книги является девочка, приемный отец которой пропал в море во время зимнего шторма.


    Небольшой отрывок, для тех кому интересно ;) Сразу предупреждаю - это черновик, без правки и с кучей орвфавыавоческих и черт еще знает каких ошибок которые я не правил. (выложил просто так, что-бы было понятно о чем вообще речь)


    "Она бежала впереди, а Микки за ней, морской ветер трепал ее кудри, расстегнутая куртка раздувалась как крылья морской птицы, ей было хорошо и легко, она закрыла глаза и как будто сама превратилась в чайку летящую навстречу теплому солнцу. Неожиданно ее нога зацепиласть за что-то и она потеряла равновесие. Весь мир закружился перед ее широко открывшимизя зрачками, но испугаться в тот момент она еще не успела. Все произошло слишком быстро, в последний момент чья-то твердая рука подхватила ее и приподняла в воздух. Она открыла зажмуренные глаза и увидела капитана. Рыбий Король был именно таким, каким она его себе представляла. Густые брови, борода цвета меди, потрепанная капитанская кепка и небольшая трубка из красного дерева в уголке рта растянувшегося в легкой улыбке. Оказалось что она споткнулось о швартовочный трос и вполне могла закончить сегодняшний, а возможно и все остальные дни в холодной мазутной воде пристани. Капитан вынул изо рта трубку.
    - Птичке захотелось нырнуть за рыбкой?
    Он опустил ее на палубу, в этот момент к ним подбежал Микки. Он тоже узнал старого моряка.
    - Ты значит Алиса, а это Микки. В следующий раз будь осторожнее.
    Микки сильно запыхался но не хотел упускать возможности блеснуть своими знаниями.
    - Вы дядя Ыба! У вас плавники есть и вы умеете азговаивать с ыбками, мне сеста асказываа.
    И он показал в сторону покрасневшей от смущения Алисы. Она подумала что старый капитан сейчас обидится и прогонит их с корабля , но он только засмеялся. Такого смеха Алиса еще не слышала, он громоподобно раскатился по пристани, отражаясь от воды, старых пустых бочек и алюминиевых складских стен. Алиса тоже застенчиво улыбнулась.
    - Нда, развеселили вы меня, тысяча морских чертей. А вот и ваши родители идут.
    Микки помчался на встречу отцу. Капитан посмотрел ему в след.
    - Хороший мальчик, из него может вырасти настоящий моряк.
    - А из меня?
    Рыбий Король снова повернул голову в ее сторону. Его глаза стали неожиданно серьезны.
    - Хочешь зайти в рулевую рубку?
    Лицо Алисы просияло, она мгновенно забыла о грозившей ей всего минуту назад страшной опасности.
    - А можно?
    - Эх, чего только не сделает старый моряк для такой красотки.

    Корабль был уже стар и в полной мере ощутил на себе действие времени и соленой воды. Дерево почернело, надписи на приборах и кнопках истерлись и требовали замены, многолетние напластования белой краски придали рельеф раме удерживавшей смотровое стекло, только старый медный штурвал, натертый до зеркального блеска поколениями рулевых, сиял как обручальное кольцо в день свадьбы. Алиса не могла оторвать от него взгляд.

    Старый капитан достал откуда-то небольшую скамейку, тоже выкрашенную вездесущей белой краской, поставил ее перед штурвалом и помог Алисе забраться на верх.
    - Этот штурвал не всегда стоял на этом корабле. Он со Святой Елены, моего первого корабля. Капитаном на нем был мой отец.
    Он замолчал. Алиса повернула к нему лицо, не снимая рук с нагретой солнцем поверхности рулевого колеса. Его глаза смотрели куда-то в даль.
    - Это был мой первый настоящий поход в море и самый неудачный. Корабль затонул на пятый день сильнейшего шторма. Когда мы начали тонуть, отец снял штурвал, отдал его мне и посадил в первую шлюпку. Вторую они спустить не успели.
    Лицо старого моряка стало задумчивым и отрешенным, он вновь вспоминал пережитое.
    - Я знал что это только отсрочка…
    Он снова замолчал, как будто что-то решив для себя, и улыбка снова выплыла из глубин его лица, унеся с собой морщины забот и скорбь переживаний.
    - Ты хотела знать что я думаю про тебя? Ты настоящая дочь своей матери, а она всегда держит сове слово. Уж это я знаю.
    - Но мама никогда про вас не рассказывала.
    - В свое время ты поймешь. Веши не всегда являются тем чем кажутся.
    Вдруг глаза его округлились.
    - Смотри айсберг по правому борту!
    Алису как током ударило, она мгновенно развернулась и уже приготовилась крутануть штурвал в противоположную сторону, чтобы избежать столкновения. Но конечно никакого айсберга там не было.
    - Да реакция у тебя что надо, я и сам готов позавидовать! Из тебя выйдет настоящий капитан!

    Он расстегнул китель и достал что-то из внутреннего кармана пиджака.
    Вот возьми это. Он протянул ей свою большую мозолистую руку. В центре его ладони блестела настоящая снежинка! Хотя настоящей она конечно быть не могла, таких больших снежинок просто не бывает. Алиса протянула руку и коснулась ее. Снежинка была обжигающе холодной. Она отдернула палец и посмотрела на капитана.
    - Бери, не бойся, ее зовут Искорка. Я подобрал ее в полярной экспедиции много лет назад, теперь я понимаю, что искала она тебя.
    Алиса снова коснулась снежинки и погладила ее. Холода больше не было. Но она боялась повредить хрупкие прозрачные лепестки если попытается взять ее.
    Капитан засмеялся.
    - Она крепче чем кажется. Ее путь был очень долог и опасен, видишь, она даже немножко пострадала и ей теперь больно, но ты сможешь ей помочь. Держи ее все время у себя или в холодном месте. Она не любит жару.
    Только теперь Алиса заметила, что у снежинки не хватает одного лучика. Ей стало очень жалко это маленькое существо. Она осторожно взяла ее из рук моряка и прижала к груди.
    В ее глазах застыли слезы.
    В тот момент, когда она взяла ее, девочка почувствовала что-то родное, казавшееся навсегда потерянным. Она застыла с закрытыми глазами чувствуя странную дикую мелодию проникающую в нее, это не было музыкой в человеческом понимании, но в ней чувствовалась сила и величие свойственные только настоящему гению. За окном громыхнуло. Она даже не заметила как небосвод затянуло темными тучами но из них пошел не дождь а настоящий снег. Капитан поднял голову и посмотрел вверх. Алиса осторожно завернула снежинку в Плоток и хотела положить в карман.
    - Нет, не так. Просто приложи ее к своей груди.
    Алиса снова развернула платок, взяла снежинку, потом стесняясь отвернулась от капитана и засунула руку в вырез платья. В том месте, где как рассказывала мама у человека находится сердце, она приложила снежинку. Ее как будто кольнула холодная иголочка. Она отвела руку но снежинка не упала, она каким-то образом прикрепилась к ее коже, стала с ней одним целым. Странная прохлада стала расходится из этого места по ее телу.

    Она вдруг почувствовала как за окном дует ветер, как потоки воздуха играют со снежинками и темными океанскими водами. Она подняла руку и снежинки спокойно до этого падавшие на палубу встрепенулись и ожили, ее рука как будто притягивала их. Она коснулась стекла и снежинки за окном стали повторять движения ее руки. Алиса засмеялась и закатив рукава, стала дирижировать падавшим снегом, как известный дирижер, которого она один раз видела по телевизору. Странная мелодия охватила ее всю, она слилась с ней и парила на ее волнах вместе со снежинками за окном.
    Тихое покашливание вернуло ее к действительности. Капитан улыбался.
    - Это музыка ветров, в ней слились все мелодии мира. Она всегда разная, в бурю - грозная и решительная в солнечные дни она как поцелуй девушки мягкая и осторожная. Далеко не каждый человек может ее слышать. Только те чье сердце открыто для нее.

    Алиса еще не совсем пришла в себя и сказала тихим шепотом, боясь вспугнуть чудо.
    - Да.
    - Вот поэтому я и люблю стоять здесь ночью, и слушать истории которые рассказывает океан.
    - А он тоже живой?
    - Живее нас с тобой, а историй которые он хранит хватит на тысячи человеческих жизней!
    - А можно мне тоже, не сейчас конечно, а потом, когда вы вернетесь, можно я тоже останусь на ночь и послушаю, хоть одну, самую маленькую историю?
    - Конечно можно, а сейчас тебе надо бежать к отцу. Ну иди, и не забывай старого капитана и свою снежинку, она любит играть.
    - Спасибо вам за все, это самый лучший подарок который я получала!
    - Рад был угодить юной красавице! Когда-нибудь и ты сможешь кружится с ними в вечном танце среди звезд.

    Снегопад закончился так же быстро как и наступил. Тучи исчезли будто их и не было вовсе. Теплое солнце вновь высоко сияло над горизонтом и через некоторое время от снежных сугробов остались лишь небольшие весело поблескивающие лужицы.

    Алиса помчалась к отцу, то и дело дотрагиваясь до груди в том места где находилась ее снежинка проверяя не упала ли она во время бега. Один раз ей показалось что снежинка исчезла, ее сердце заколотилось словно у маленького кролика, она расстегнула одну пуговичку и просунув руку накупала что-то мягкое и прохладное, снежинка ответила ей легким покалыванием в кончиках пальцев. Алиса поняла что снежинка ее успокаивает и никуда теперь от нее не уйдет, они стали одним целым и ничто их не разлучит. Алиса рассмеялась и погладив снежинку побежала дальше, уже не опасаясь что может ее потерять, ведь она сразу бы это почувствовала по пустоте в своем сердце.

    После недолгих поисков она нашла отца в машинном отделении, он помогал механику проводить последний осмотр и проверку узлов старого но еще надежного двигателя. Его руки и лицо были вымазаны мазутом. Обрадовавшись приходу дочери, он улыбнулся и осторожно, чтобы не измазать, чмокнул ее в щеку.

    - Ну и ледышка же ты, совсем замерзла! Я уж думал ты забыла про своего старого отца!
    - Я была в рулевой рубке!
    - Ну конечно, где ж тебе еще быть, охмурила небось нашего капитана, тот и растаял!
    Он взглянул на часы.
    - Ну ладно, теперь беги к матери, иначе она совсем расстроится, передай ей что я всех вас очень люблю. Когда вернусь, привезу всем подарки!
    - Вы правда вернетесь, а то мама сильно волнуется.
    - Конечно вернемся, ты же видела нашего капитана! Говорят что он умеет разговаривать с океаном. Он всегда возвращается!
    К ним подошел Док, он был механиком, а Доком его прозвали из за того что не было еще двигателя который он не мог бы восстановить, причем относился он к ним как к живым существам, а поломку мог выявить просто послушав их с помощью стетоскопа собственного изобретения. Голос его был скрипуч и больше напоминал рычание старого мотора с которыми он проводил почти все свое время.
    - Это правда, помню лет десять назад был страшный шторм, все наши барки вернулись, кроме Пляшущей Макрели. Он тогда вышел в море с несколькими моряками вызвавшимися добровольцами. Их не было 2 недели. Малыш Рони стал уже собирать деньги на похороны. Но вот в один из дней старик Бартон заметил на горизонте какю-то точку, она стала приближаться и он увидел что это корабль Рыбьего Короля. Все надстройки были снесены штормом, немного выше ватерлинии зияла огромная дыра так что команде приходилось постоянно откачивать воду, радио не работало, все приборы навигации отказали а руль заклинило. Но каким-то чудом, ни на минуту не покинув за это время рубки, он смог найти путь обратно, все люди вернулись невредимыми в том чилсе и спасенные с затонувшей Пляшущей Макрели, лишь несколько человек получили легкие обморожения. Так что волноваться не надо, наш капитан знает свое дело.

    Алиса выскочила из машинного отделения и понеслась на пристань, где ее уже ждала мать и Микки, игравший с неизвестно откуда взявшимся котенком. Она взяла Алису за руку.
    - Ты же совсем холодная! Не надо было отпускать тебя шататься по кораблю, маленькой девочке там совершенно нечего делать! Ну вот и в мазуте еще вымазалась!
    - Мама, у меня есть снежинка! Она живая!
    - Ты что снег ела? Ладно, дома разберемся!
    Мать стала растирать ей руки.
    - И откуда только этот снег взялся, вот получишь теперь воспаление легких, придется тебя по врачам таскать!
    - Мам, ты не понимаешь, я с ним играла а потом мы слушали музыку ветра.

    Алиса хотела показать маме снежинку но почувствовала легкое покалывание в области сердца передумала, похоже ее подружка хотела сохранить никогито, или как там оно правильно называется .
    Раздался гудок и матросы с корабля стали убирать сходни. На пристани началось сильное оживление. Кругом все кричали, махали руками, в общем воцарилась та обычная неразбериха, которая возникает при отплытии любого корабля. Алиса принялась высматривать своего отца. Он стоял на корме и махал им рукой. Алиса подняла руку и принялась махать в ответ. Отец соединил руки в импровизированный рупор, но из за шума слов они не услышали, но Алиса поняла, что он хотел сказать.

    - Мам, папа говорит что любит нас и обязательно вернется, ведь у них такой замечательный капитан!
    Мама нагнулась над ней и Микки, обняла их и заплакала.

    Неожиданно со стороны моря появился туман, он появился как легкая дымка, Алиса даже испугалась не начался ли на корабле пожар, но потом дымка стала плотнее и полностью укрыла удаляющееся судно превратив его в белесый призрак, и даже последний прощальный гудок прозвучал так, будто ему пришлось преодолеть огромное расстояние, устало (тихо) и печально.

    Провожающие начали расходится. Они с матерью ушли в числе последних. Алисе стало очень грустно, она все время оглядывалась назад, надеясь что туман рассеется, хотя-бы на краткий миг. Но серая дымка только еще больше уплотнилась, став похожей на плотное ватное облако, так что даже дышать стало трудно, а юбка намокла и начала липнуть к ногам. Они пошли домой пешком, оставив машину мокнуть на прибрежной стоянке.

    Когда они проходили мимо небольшого магазинчика, она увидела человека, он стоял облокотившись на перила и смотрел в их сторону. Туман скрывал его черты, он и сам как будто состоял из этой зыбкой субстанции. Он смотрел прямо на нее, она чувствовала этот взгляд, внимательный и острый, не упускающий ни малейшей детали, туман не был ему помехой. Он скользил по ней, как скальпель хирурга, причиняя почти физическую боль. Вот он движется по ее щеке, затем перешел на волосы, потом по руке устремился вниз, он как будто выискивал место куда нанести удар невидимым клинком. Алиса зажмурилась от страха, но в тот миг, когда он достиг того места на груди, где находилось ее сердце, холодная волна разлилась по ее телу, она словно стала проводником какой-то энергии, которая переполнила все ее естество и вырвалась наружу мощьным потоком, затем поднялся сильный ветер и взгляд исчез. Все это заняло долю секунды, Алиса даже не успела ни о чем подумать. Она приоткрыла сначала один глаз, потом принялась оглядываться по сторонам. Человека нигде не было, он исчез вместе с туманом, осевшим на окружающих предметах странной маслянистой пленкой. Вдруг она почувствовала что силы оставили ее и села прямо на асфальт улицы. Все ее тело как будто покалывали холодные иголочки. Затем все побелело, закружилось и угасло."
DinRe:Золотые Мечтыпн 05 сен 2005 17:56:43
    Очень красиво. И по настроению несколько другое, не напоминающее сразу ужастик... невербально. С нетерпением буду ждать окончания работы.
    А фрагмент про "Золотые мечты" я всё же где-то уже читал. Может-быть в комментариях.
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтывт 06 сен 2005 11:46:35
DinRe:Золотые Мечтычт 08 сен 2005 18:16:00
    Эх. Это надо читать внимательно, чем, наверное, и займусь. А у меня проблема с точность до наоборот: именно сценарного материала на руках хватает, только нет сил и времени, да и привычки, это нормально записать хотя бы на диктофон. :)
BansheeRe:Золотые Мечтыпт 09 сен 2005 04:00:37
    У вас очень неестественны монологи, диалоги и все такое. Работайте над этим. Все остальное неплохо.
Дмитрий МарковRe:Золотые Мечтыпт 09 сен 2005 09:24:40
    Да уж сколько лет работаю - толку мало ;)
NegativRe:Золотые Мечтыср 14 сен 2005 14:09:29
    ...
    Если оставить в стороне сюжетную составляющую (кста, что-то Лавкрафта в упор не вижу :(( ), то больше всего меня напряг стиль повествования - если это не прямое повествование героя о случившемся с ним лично, то все выглядит очень бедно. А этот кусок:
    Фигуры полицейских, пригибаясь к земле, со всех сторон устремились к темнеющему контуру кинотеатра. Через секунду раздался страшный грохот. Вспышка белого, невыносимо яркого света озарила окрестности. Ее росчерк оставил четкий, пульсирующий след на сетчатке Донована. Это один из разрядов молнии попал в медный купол кинотеатра. Наступившую тишину разорвал резкий треск. Сверху на мостовую посыпался фонтан искр, а в воздухе запахло озоном с едкой примесью горящей изоляции. Ржавая неоновая вывеска, простоявшая на верху здания долгие годы, неожиданно ожила ...
    наглядно показывает, что я имею в виду. Это описание действий, данное человеком, стоявшим где-то рядом, но не принимавшем участие в событиях. Он видит все эти ужасы, темную всепоглощающую волю и тд и тп, но ему практически по фигу, о чем он и сообщает своими паузами после почти каждого предложения.
    Или же герой выкладывает все это на сеансе гипнотерапии, отвечая на вопросы врача, что тоже вариант.

    Врачи констатировали у него ...
    А вот так, по моему, говорить нельзя. Впрочем, я могу и ошибаться.

    пс. Я не вредный, я первый день на работе после отпуска >:-(

А вы что думаете?
Имя
Пароль Войти
E-mail
Код
Тема
Текст

(Выделите текст)
К списку

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru