Mountie - Vampire hanter D fic (part 1)

К списку
Страницы: 1 - 2 - 3
СообщениеАвторДата/Время
Vampire hanter D fic (part 1)
Mountieсб 11 ноя 2006 16:27:28

    От автора: просьба - если пинать, то по существу, а если понравится - будет вам продолжение.

    Глава первая (и пока единственная)
    "Всадник в черном и неприятности, которые возникли вместе с его появлением".

    Выбрасывание из окон посуды и мебели, разнос в пух и прах комнаты, отказ от еды, клятвы в вечной ненависти и хорошие на такие зверства памяти, наконец, последнее – просто бессильно биться головой об стенку – не помогло. Приговор был вынесен неделю назад и был неоспорим и непреклонен. Неделя домашнего заключения. Сегодня как раз был день, когда эта неделя подходила к концу.
    Единственным развлечением с сегодняшнего утра и до полудня было тупое и меланхолическое разглядывание пейзажа за окном. Благо, это окно выходило на дорогу. Воздух, проникающий в комнату, через открытое окно был свеж, несмотря на летнюю жару. Время приближалось к полудню, а солнце подходило к своему зениту.
    В этот момент на дороге возникла новая тень. Взгляд поймал одинокий силуэт и остановился. Это был всадник, кутавшийся в длинный черный плащ, его шляпа была надвинута на лицо, несмотря на полуденный зной. Казалось, он скрывался от солнца, которое нещадно играло бликами на его черном, как кусок ночного неба, плаще.
    Сначала его конь поднимал облачко сероватой дорожной пыли, затем облачко это больше не появлялось, и, наконец, перешел на медленный шаг. Животное спотыкалось, тяжело переставляя ноги. Всадник попытался двинуть коня вперед, но вместо того чтобы идти, животное ослушалось и остановилось. Переведя взгляд на всадника, она заметила, что и он держится в седле шатко и неровно. Наконец, его плечи нервно вздрогнули, так как если бы ему не хватало воздуха. Рука бессильно отпустила поводья, и темная тень соскользнула с седла, тяжело рухнув под ноги своего коня, который опустил шею, покорно и бессмысленно ожидая приказа.
    На мгновение она задумалась, глядя на лошадь и на всадника. Был дан приказ не выпускать ее из комнаты, но о том, чтобы пускать посетителей к ней, не было сказано. Это было достаточным оправданием, для того, кому оно потребовалось. Сомнений больше не оставалось. Она позвонила в колокольчик и отдала нужный приказ.
    За две ночи и два дня он проехал полсотни километров. Без отдыха и сна. Пришлось отказаться от всякого здравого смысла и ехать не только ночами, но и днем. Надо было успеть. Причем успеть, чего бы оно не стоило. Загнать лошадь, себя, но успеть. Все обстоятельства были против. Но бороться против всего: против солнца, против времени, против расстояния было невозможно. Он был обязан сделать невозможное. Этого от него требовал долг.
    Если воля и могла победить все преграды, то не выдержала сущность. Все оказалось зря. Он проиграл время. Эта остановка погубит все, выигранное за счет дневных переездов, время. Он оказался бессильным против этого моря дневного света, превратившего его путь в непреодолимое расстояние.
    Лучи солнца играли светом и тенью на тонком бледном лице. Темные волосы. Белая кожа. Закрытые веки время от времени вздрагивали. Он видел какие-то мучительно-тревожные сны. Интересно, что сниться таким, как он? Она подошла ближе к кровати, перестав быть тенью, скрытой тяжелым пологом и наклонилась над подушкой. Сравнивая лицо незнакомца, с белой подушкой, она отметила про себя, что тон лица значительно выигрывает в своей неестественной белизне. Это лицо не было обласкано дневным солнцем. Существо, ставшее ее случайным гостем, показалось ей не принадлежащим миру, залитому солнцем. И скоро она получила возможность понять это.
    Плотно сомкнутые губы приоткрылись, и луч света нарисовал ровный ряд обнажившихся зубов, в который явно не вписывалась пара острых отточенных клычков.
    Она неосознанно шарахнулась в сторону, поддавшись инстинктивному страху. Вампир? Чудесно. Теперь она спасает и приводит к себе в дом того, кто оказывается ее врагом. Так отшатывается лошадь, почуявшая присутствие волка.
    Но взять назад свое неосторожное гостеприимство теперь не представлялось ей возможным. Кем бы он ни был. Лишние мысли мгновенно сгладились в памяти. Она подбежала к окну и дернула занавеску, преградив доступ солнечному свету. Последний кусочек света растаял на лице ее гостя. Жестокая пытка, которой она его подвергала, не догадываясь об этом, кончилась.
    Со стороны дороги снова донесся звук подков. Теперь всадников было не меньше двадцати. Интуиция подсказывала, что мимо они не проедут. Руководствуясь этой наводкой подсознания, она задернула полог, закрыла дверь, выйдя в гостиную, облокотилась на подоконник. Кавалькада в составе двадцати пяти всадников действительно остановилась под окнами. Восемь человек отделились от остального отряда и направились к дому. Остальные остались ждать внизу, придерживая их лошадей. На них были те же длинные плащи и закрывающие лицо от слепящего света надвинутые шляпы.
    Тяжелые шаги по лестнице, быстрые и все более отчетливые. Она знает, зачем он пришли. То есть за кем. Пеларгония на окне вянет и рассыпается в пыль сама собой.
    - Отдай его нам.
    - Я не знаю, кто вам нужен, - она врет, но врет только тогда, когда обратного ей не позволит совесть, и врет не для себя.
    - Дампил.
    Она умеет врать, глядя в глаза. Очень кстати раздается лошадиное ржание. Лошадь того, кого она выгораживала, не успели увести в конюшню.
    - Почему ты скрываешь этого дампила? – холодная тяжелая рука сжимается на ее тонкой шее, она чувствует, что пол уходит из-под ног, и она оказывается поднятой над ним и прижатой к стене, воздух куда-то уходит, темнеет в глазах, - Проклятый полукровка.
    За спиной говорившего возникает безмолвная тень. Под ногами снова обретается пол, она прислоняется к стене, чтобы удержаться на ногах и дожидается, пока растает застилающий глаза мрак. Спустя секунду она различает уже знакомое бледное лицо с пугающе – бесстрастным выражением. Тот, кто только что чуть не сломал ей шею, оборачивается и кидается на него. В руках у нападающего тонкий клинок. Но просчитывается. Тень точно таит в воздухе, и на ее месте оказывается пола плаща, застывшая на мгновение. Выхваченный откуда-то из-за спины меч рассекает воздух тонкой сияющей гранью. Нападавший на якобы безоружного и одинокого противника, падает на пол. Еще четверо бросаются на стоящего посредине комнаты и разделяют судьбу первого. Остальные спешно капитулируют через дверь.
    Она смотрит на все происходящее большими стеклянными глазами. Картина, написанная красным, тошнотворна. Колени подкашиваются, и она медленно сползает по стене, к которой только что прильнула. Она поднимает глаза и вопросительно смотрит на гостя.
    Холодное и тихое: «Собирайся».
    «Куда? Зачем?»
    - С тех пор, как ты открыла мне эту дверь, тебе нельзя здесь оставаться.
    - Подожди, - она поднимает со стола лист бумаги, ищет карандаш, садится что-то писать. Пишет объяснение. Выходит с трудом.
    Скоро оставшиеся возвращаются с теми, кто ждал на улице. Она не успевает дописать последнюю строчку, как его рука обвивает ее талию, и он делает вместе с ней шаг в сторону окна. И, не успев также возмутиться такой дерзости, она оказывается сначала на подоконнике, потом на земле и, не успев что-либо понять или возразить, в седле перед незнакомцем. Он еще крепче прижимает ее к себе, дает шпоры коню, земля срывается с места в одном головокружительном безумном вихре.

MountieRe:reвс 31 дек 2006 15:15:30
    Для вас будет многовато чести - если вы принимаете себя за стоящего собеседника.
    Все ваши словесные помои, надо думать, призваны показывать ваш ум? Бессодержательный злобный стеб ("и буду я г...вном, и об... вам весь ваш праздник")- не самый оригинальнвый вариант самовыражения.
Страницы: 1 - 2 - 3

А вы что думаете?
Имя
Пароль Войти
E-mail
Код
Тема
Текст

(Выделите текст)
К списку

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru