Krieger - Ненависть

К списку
Страницы: 1 - 2 - 3
СообщениеАвторДата/Время
Ненависть
Kriegerпн 07 май 2007 21:40:24

    Навеяно треком ""Hakenkreuz" (Panzertank) и Легионом Носителей Слова. Назвавший "мерзким фашиком" отправится в газенваген.





    Небо переливается всеми цветами радуги. От празднично-яркого аквамарина, когда в воздухе периодически вспыхивает выпадающий в цветные осадки распылённый "Циклон-С", до пепельно чёрного, когда очередной примитивный человеческий недомеханизм начинает плавится тяжёлыми глыбами металла и микрореакторов.
    Радиация ласкает мой мозг. Мне приятно.

    Исполняя директивы, я стальным охватом подключаю к себе ближайших.
    Левый сегмент хрипит, пытаясь удержать на месте ненужные ему больше руки.
    Правый истерично хохочет, когда ротовое отверстие расползается до полутора метров в диаметре и покрывается ферромагнитной мембраной.

    Трансформация. Деконструкция. Эволюция.

    - УБЕЙ ВСЕХ И ПУСТЬ НИКОГО НЕ ОСТАНЕТСЯ!
    Я кричу в новообретённые динамики, надрывая то, что ранее было голосовыми связками. Где-то там, впереди, уцелевшие менши катаются по земле, держась за уши с имплантированными переговорниками. Пытающийся шагать в ногу коллаборационист с уважением смотрит на вскинутую в вечном салюте титановую руку-антенну. Пальцы медленно шевелятся, хищно выцеливая мягкие бельма зрачков.
    - Не надейся шагать так без двенадцати суставов, человек!

    Неожиданно прозвучавший окрик в его сторону на мгновение вводит того в ступор. Налетающий ветер звенит сосульками в колтунах седых волос.
    - Я не...
    Проезжающий мимо модификант походя разваливает его на части. Всего одна двухсотмиллиардная массы, задействованной в Штурме. Голод прерывается успокаивающими свинцовыми волнами.

    - СМЕРТЬ ЛЮДЕЙ - ПРОСТО ИЛЛЮЗИЯ! МАШИНА НЕ УМИРАЕТ!
    Модификант, утробно рыча, жвалами загебает останки коллаборациониста в себя. Двенадцать вкраплённых в правый броневой лист бусинок-глаз излучают бесстрастие.

    - ОТДАЙ НАМ СВОЁ ТЕЛО! ПОЛУЧИ ВЗАМЕН НОВУЮ ЖИЗНЬ!
    Из штурмуемого укрепления с поднятыми руками выходит один из них. Гражданское одеяние. По лицу и штанам расплываются страх и надежда.
    Левофланговый лидер бросает ему свою ногу, что-то этим с хрустом ломая. Мужчина трясётся от ужаса, по жирному лицу градом катит пот, тут же замерзая, когда сочный кусок мяса в его руках внезапно ощеривается металлическим стволом и составным костяным магазином. Белые нити сухожилий оплетают запястье. Масса уносит его дальше, подставляя под жирную задницу предателя шипы и осколки костей.

    - НАМ НУЖНА ВОЙНА! НАМ НУЖНА НЕНАВИСТЬ!
    С неба капает чёрный дождь, растекаясь по полированным лицам радужными пятнами. Я/мы расходимся в оскале синхронно дёргающихся тел. Левый сегмент вгрызается в железобетон кислотно плавящихся на глазах опор бункера. Из динамиков летят слова, выхлопные газы и бывшие зубы.
    Давясь сукровицей, вытаскиваю позвонки наверх, расширяя и превращая в миномётную установку. Гулко взвыв миллионами умирающих наноэритроцитов, снаряд улетает в указанные Штурмом координаты.

    - ШТУРМ ПРИМЕТ ТЕБЯ ЛЮБЫМ! НЕНАВИСТЬ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО!
    Двенадцать боевых единиц отделения справа деконструируются в мини-амфибию, чтобы переплыть небольшое кровавое озеро. Плавающие останки чуть слышно бьются о лёгочные баллоны с гелием, смотрят в смрадное небо, пока манипуляторы отдирают ото льда вмёрзшие головы.
    Хотя мне/нам всё равно. Уши были отбиты, ещё когда я был живым.
    Вскинутые ладони разносят инфра- и ультразвук безостановочного акустического террора. Из-под обшивки сочатся гной и несбывшиеся ожидания.

    - ВОЙНА! НЕНАВИСТЬ! ШТУРМ!
    Середину лозунга продолжает только правый динамик. Левый захлёбывается в треске очереди крупнокалиберного. Булькает и жрёт землю, трансформируя минералы в новые наносхемы и процессоры. Свёрнутое набок лицо застыло лыбится полупереваренной почвой и кровью. Страхом и болью. Но мне/нам - не больно.
    Приказы Штурма брызжут нефтяной злобой.

    - ЧЕЛОВЕК - БИОРОБОТ! ПРИМИ И НЕ СОПРОТИВЛЯЙСЯ!
    Впереди бегают всего лишь на двух конечностях люди и что-то пытаются сделать. Они слабы и разрозненны. Индивидуальности. Личности. Даже не смешно.
    Личность и конструкция определяются Штурмом.
    Рядом идёт один из последних оставшихся перебежчиков, сверкая на давно погасшем солнце выпирающим из-под кожи ураном. "Ииииист крииииииг...". Так и не лишённый сознания исходит непониманием и непереводимыми воплями. Но. Универсальные системы обречены на уничтожение.

    - ВОЙНА! НИКОГДА! НЕ МЕНЯЕТСЯ!
    Мы передвигаемся синхронно. Левой, правой. Ни одна армия мира не вымушрована настолько. Шагом, марш. Похрустывающие сочленения выделаются полной, безоговорочной механистичностью.
    Шагом, марш.
    Левой, правой.
    Средней, передней.
    Задней, пятью нижними.
    Огонь.

    Хакенкройц. И ничего не меняется, кроме калибров.


    ...


    - Вой...на... Не-на... По-мо-ги... Мне...
    Чудом уцелевшим куском динамика я хриплю вылезающему из-под меня коллаборационисту. Что-то удерживает меня от его деформации в тротил. Сформированным глазом наблюдаю своё бывшее тело. Вон оно, неподалёку. Хлещет свернувшейся плазмой и машинным маслом. Приняло на себя весь удар. Левофланговое отделение валяется изломанной пятнадцатипалой тушей, искрит и дымит неоправданной жестокостью.
    Но человек ещё жив. Это главное.
    - Нууу...жееен реааа...кторррр... Не-на-ви-и-и-и...
    Он секунду смотрит на свои оголённые и бьющиеся в электроэкстазе рёбра. Тащит моё тело поближе. Я не ошибся. Дух Штурма не умер в нём.
    - Реактор? Сердце?! Чёрта с два, железка. Я - человек.

    - НЕНАВИИИИ...
    А я - сверхчеловек. Смена поколений, как этого не понять?

    Он пригибается ко мне с портативной горелкой. Одна из рук болтается на клочке мышц и проводах.
    - Просто ненависть, ничего личного. Да, это правильно. Но дело не только в ней.
    Человек включает горелку и я наблюдаю за неторопливой аннигиляцией свего ультрамеханического эго.
    - Кто выжил, тот и прав.

    Напрягая последние усилия, человек вскидывает руку в извечном жесте.
    Честь и верность. Кровь и почва. Приём и передача.


    Мне есть, что ответить ему.


    Но уже нечем.

KriegerRe:Ненавистьпт 11 май 2007 23:44:46
    Не имею привычки думать об этом. Тем более неизвестны критерии этой самой гениальности.

    *ждёт появления кретива "Готов", барабаня пальцами*

    А так - конечно, у меня даже справочка есть, действительна до 20 октября.
ЛизаRe:Ненавистьпт 11 май 2007 23:50:30
    Да, похоже на Десвишера.
BrotherRe:Ненавистьсб 12 май 2007 00:01:03
    Krieger, а зачем тебе критерии? те, кто их придумал, жизнь что ли с тобой проживут? ладно, чего я тут выбиваюсь из канона. пеши исчо!
KriegerRe:Ненавистьсб 12 май 2007 19:52:44
    Я просто не понимаю, считать ли себя гением от того, что мне, допустим, три раза подряд сказали "зачот!" или от того, что отрезал себе ухо.
BansheeRe:Ненавистьсб 12 май 2007 20:20:06
    ты еще Дали процитируй.

    Написано грамотно, но текст - г..но. О чем ты писал? Где идея? Где чувство? Где мысль?

    Утомительно, сынок, написано, воспринимается плохо, и читать НЕ ИНТЕРЕСНО.

    Подумай над тем, что ты хотел сказать, о чем рассказать, и кому поведать об этом.
BrotherRe:Ненавистьвс 13 май 2007 02:13:26
    Krieger, мне кажется это субъективное ощущение, когда ты чувствуешь, что делаешь что-то выдающееся, опережающее время. это же видно, когда смотришь на жизнь других и понимаешь, что они живут по законам, которые ты давно "передавил", чувствуешь что вырываешься вперед. гений на то и гений, что он каждый раз единственный и ему негде подсмотреть, как там другие гении жили. слишком уж своя жизнь ни на что непохожа.
BrotherRe:Ненавистьвс 13 май 2007 03:45:27
    я вообще понятно говорю?:)
ФомикRe:Ненавистьвс 13 май 2007 13:10:16
    Brother, понятно-то оно понятно, но вопрос как-то так в лоб и достаточно необычен, чтобы гарантированно затупить и зависнуть =)
    Ну не скажешь же так прямо: "Я гений")
    Или "Нет, я не гений"))
    Человек как человек.
    Живу как живётся.
    Пишу как пишется.
    А гений или нет... посмертно определится)
BansheeRe:Ненавистьвс 13 май 2007 13:11:29
    такое ощущение, что чел слишком рано прочел "Дневник одного гения". И узрел себя в сиянии славы.
    Напрыгнул на литературу, как графоман-переросток - писать грамотно научился, а сути не прохватил.

    Скучно, господа. Нипадецки скучно.
BrotherRe:Ненавистьвс 13 май 2007 15:50:28
    Фомик, почему не скажешь?) че, всю жизнь жить и не сказать себе ни разу серьезно: "я - гений" -?) или что-нибудь вроде - "черт подери, да я действительно могу! i can! я мужчина!" *смеется. мне кажется, что сказать себе я гений - это все равно что признать, что тебе не достаточно того, что тебе дают. ты хочешь больше. это признание того, что твои возможности больше, чем ты думаешь. призыв попытаться узнать границы себя. сколько сути (умничка Баньши!) ты в состоянии увидеть.

    а все. что посмертно - это вообще не про нас:)

    Banshee, а что ты сейчас пишешь?
ОктавианRe:Ненавистьвс 13 май 2007 16:09:56
    Гений в литературе - это тот, кто изменяет лицо и вид этой самой литературы. Необратимо и бесповоротно.
    Все остальные - просто талантливые люди, имхо.
BrotherRe:Ненавистьвс 13 май 2007 18:05:08
    да, ты абсолютно прав.

    но поскольку я сидел именно с таким человеком, не в смысле в клетке, а так чисто по дружески, то я кое-что понял.. нет, наверное не про гениев, я неправильно сказал, а просто о поэтах. настоящих поэтах. так вот, ты - настоящий поэт. но мне чтобы понять это, уже не нужно смотреть твои стихи. я это теперь вижу в твоих глазах, в твоем внутреннем мире, к которому я стал чуточку ближе, но который ты мне никогда не покажешь, как я не стучись, потому что и бог с ним, это не надо, я тоже тебе себя не собираюсь показывать, дело не в этом. а дело в том, что я сам жду в себе эту метаморфозу, которая может случится завтра, а может сегодня ночью, а может через год, я не знаю,.. но я знаю, что это уже мое. это всегда было, как предчувствие или запах из детства, это высвобождение, рывок..и мне интересно, а кто еще так дышит. даже не интересно, а просто - важно.
KriegerRe:Ненавистьпн 14 май 2007 00:57:57
    Алкоголизм - это плохо, но наркотики ещё хуже. (с)

    Конечно, дорогой тов. Банши! Вы всё правильно поняли! Этот креатив на самом деле про пьяного мужика, который с включённым бумбоксом на плече идёт до ларька, но становится жертвой уличных гопников, про его тонкий внутренний мир и моральные страдания, а также про то, что голодные гопники его изжараили на костре и съели. Вот такой, блин, "Осенний каннибализм".

    ЗЫ: Я могу! Я мужчина!%)))

    ЗЗЫ: Креатив - про смену поколений. "Убер" вместо "унтер". Понятно?
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 01:21:46
    и это че, типа креатифф?
    Какое-то у вас убогое восприятие мира, юноша.

    Вы могете? И что же вы могете? Да вы и на унтера не тянете ))))
    Не сссцыте, таких как вы легион. Подтянуццо.

    Стереотипы - вот что вас гложет. Я не наркоман и не алкоголик. Мне просто смешно вас читать.
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 01:24:32
    а пишу я сейчас в основном автобиографические рассказы. Перечитываю и удаляю сразу. Очень уж они злые, эти письма.
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 02:11:59
    "— Вы действительно считаете, что солдат главнее физика?

    — Я?! — возмутился Виктор.

    — Так я понял из вашей повести «Беда приходит ночью». — Это был белобрысый клоп десяти лет от роду. Виктор крякнул. «Беда» могла быть плохой книгой и могла быть хорошей книгой, но она ни при каких обстоятельствах не была детской книгой, что в ней ни один из критиков не разобрался: все сочли ее порнографическим чтивом, подрывающим мораль и национальное самосознание. И что самое ужасное, белобрысый клоп имел основание полагать, что автор «Беды» считает солдата «главнее» физика — во всяком случае, в некоторых отношениях.

    — Дело в том, — сказал Виктор проникновенно, — что… как бы тебе сказать… Всякое бывает.

    — Я вовсе не имею в виду физиологию, — возразил белобрысый клоп. — Я говорю о концепции книги. Может быть, «главнее» — не то слово…

    — Я тоже не имею в виду физиологию, — сказал Виктор. — Я хочу сказать, что бывают ситуации, когда уровень знаний не имеет значения. Бол-Кунац принял из зала две записки и передал их ему: «Может ли считаться честным и добрым человек, который разбогател и работает на войну» и «Что такое умный человек?» Виктор начал со второго вопроса — он был проще.

    — Умный человек, — сказал он, — это тот человек, который сознает несовершенство, незаконченность своих знаний, стремится их пополнить и в этом преуспевает… Вы со мной согласны?

    — Нет, — сказала, приподнявшись, хорошенькая девочка.

    — А в чем дело?

    — Ваше определение не функционально. Любой дурак, пользуясь этим определением, может полагать себя умным. Особенно, если окружающие поддерживают его в этом мнении.

    Да, подумал Виктор. Его охватила легкая паника. Это тебе не с братьями-писателями разговаривать.

    — В какой-то степени вы правы, — сказал он, неожиданно для себя переходя на «вы». — Но дело в том, что вообще-то «дурак» и «умный» — понятия исторические и, скорее, субъективные.

    — Значит, вы сами не беретесь отличить дурака от умного? — это из задних рядов — смуглое существо с прекрасными библейскими глазами, остриженное наголо.

    — Отчего же, — сказал Виктор, — берусь. Но я не уверен, что вы всегда согласитесь со мной. Есть старый афоризм: дурак — это инакомыслящий… — Обычно это присловье вызывало у слушателей смех, но сейчас зал молчал и ждал продолжения. — Или инакочувствующий, — добавил Виктор.

    Он остро ощущал разочарование зала, но он не знал, что еще сказать. Контакта не получалось, как правило, аудитория легко переходит на позиции выступающего, соглашаясь с его суждениями, и всем становилось ясно, что здесь, в этом зале дураков нет. В худшем случае аудитория не соглашалась и настраивалась враждебно, но и тогда бывало легко, потому что оставалась возможность язвить и высмеивать, а одному спорить со многими не трудно, так как противники всегда противоречат друг другу, и среди них всегда найдется самый шумный и самый глупый, на котором можно плясать ко всеобщему удовольствию.

    — Я не совсем понимаю, — произнесла хорошенькая девочка. Вы хотите, чтобы мы были умными, то есть, согласно вашему же афоризму, мыслить и чувствовать так же, как вы. Но я прочла все ваши книги и нашла в них только отрицание. Никакой позитивной программы. С другой стороны, вам хотелось бы, чтобы мы работали на благо людей. То есть фактически на благо тех грязных и неприятных типов, которыми наполнены ваши книги. А ведь вы отражаете действительность, правда?

    Виктору показалось, что он нащупал, наконец, под ногами дно.

    — Видите ли, — сказал он, — под работой на благо людей я как раз понимаю превращение людей в чистых и приятных. И это мое пожелание не имеет никакого отношения к моему творчеству. В книгах я пытаюсь изображать все, как оно есть, я не пытаюсь учить или показывать, что нужно делать. В лучшем случае я показываю объект приложения сил, обращаю внимание на то, с чем нужно бороться. Я не знаю, как изменить людей, если бы я знал, я бы был не модным писателем, а великим педагогом или знаменитым психосоциологом. Художественной литературе вообще противопоказано поучать и вести, предлагать конкретные пути, создавать конкретную методологию. Это можно видеть на примере крупнейших писателей. Я преклоняюсь перед Львом Толстым, но только до тех пор, пока он является своеобразным, уникальным по отражательному таланту зеркалом действительности. А как только он начинает учить меня ходить босиком и подставлять щеку, меня охватывает жалость и тоска… Писатель — это прибор, показывающий состояние общества, и лишь в ничтожной степени — орудие для изменения общества. История показывает, что общество изменяют не литературой, а реформами и пулеметами, а сейчас еще и наукой. Литература в лучшем случае показывает, в кого надо стрелять или что нуждается в изменении… — Он сделал паузу, вспомнив о том, что есть еще Достоевский и Фолкнер. Но пока он придумывал, как бы ввернуть насчет роли литературы в изучении подноготной индивидуума, из зала сообщили:

    — Простите, но все это довольно тривиально. Дело ведь не в этом. Дело в том, что изображаемые вами объекты совсем не хотят, чтобы их изменили. И потом они настолько запущены, так безнадежны, что их не хочется изменять. Понимаете, они не стоят этого. Пусть уж себе догнивают — они ведь не играют никакой роли. На благо кого же мы должны по-вашему, работать.

    — Ах вот вы о чем? — медленно сказал Виктор.

    До него вдруг дошло: боже мой, да ведь эти сопляки всерьез полагают, что я пишу только о подонках, что я всех считаю подонками, но они же ничего не поняли, да и откуда им понять, это же дети, странные дети, болезненно — умные дети, но всего лишь дети, с детским жизненным опытом и с детским знанием людей плюс куча прочитанных книг, с детским идеализмом и с детским стремлением разложить все это по полочкам с табличками «плохо» и «хорошо». Совершенно как братья-литераторы.

    — Меня обмануло, что вы говорите, как взрослые, — сказал он. — Я даже забыл, что вы не взрослые. Я понимаю, что непедагогично так говорить, но говорить так приходится, иначе мы никогда не выпутаемся. Все дело в том, что вы, по-видимому, не понимаете, как небритый, истеричный, вечно пьяный мужчина может быть замечательным человеком, которого нельзя не любить, перед которым преклоняешься, полагаешь за честь пожать его руку, потому что он прошел через такой ад, что и подумать страшно, а человеком все-таки остался. Всех героев моих книг вы считаете нечистыми подонками, но это еще полбеды. Вы считаете, будто я отношусь к ним так же, как и вы. Вот это уже беда. Беда в том смысле, что так мы никогда не поймем друг друга…

    Черт его знает, какой реакции он ожидал на свою благодушную отповедь. То ли они начнут смущенно переглядываться, то ли их лица озарятся пониманием, или некий вздох облегчения пронесется по залу в знак того, что недоразумение разъяснилось, и теперь можно все начинать сначала, на новой, более реалистической основе… Во всяком случае, ничего этого не произошло. В задних рядах снова встал мальчик с библейскими глазами и спросил:

    — Вы не могли бы сказать, что такое прогресс?

    Виктор почувствовал себя оскорбленным. Ну, конечно, подумал он. А потом они спросят, может ли машина мыслить и есть ли жизнь на Марсе. Все возвращается на круги своя.

    — Прогресс, — сказал он, — это движение общества к тому состоянию, когда люди не убивают, не топчут и не мучают друг друга.

    — А чем же они занимаются? — спросил толстый мальчик справа.

    — Выпивают и закусывают квантум сатис, — пробормотал кто-то слева.

    — А почему бы и нет? — сказал Виктор. — История человечества знает не так уж много эпох, когда люди могли выпивать и закусывать квантум сатис. Для меня прогресс — это движение к состоянию, когда не топчут и не убивают. А чем они будут заниматься — это, на мой взгляд, не так уж существенно. Если угодно, для меня прежде всего важны условия прогресса, а достаточные условия — дело наживное…

    — Разрешите мне, — сказал Бол-Кунац. — Давайте рассмотрим схему. Автоматизация развивается в тех же темпах, что и сейчас. Только через несколько десятков лет подавляющее большинство активного населения Земли выбрасывается из производственных процессов и из сферы обслуживания за ненадобностью. Будет очень хорошо: все сыты, топтать друг друга не к чему, никто друг другу не мешает… и никто никому не нужен. Есть, конечно, несколько сотен тысяч человек, обеспечивающих бесперебойную работу старых машин и создание новых но остальные миллиарды друг другу просто не нужны. Это хорошо?

    — Не знаю, — сказал Виктор. — Вообще-то это не совсем хорошо. Это как-то обидно… Но должен вам сказать, что это все-таки лучше, чем то, что мы видим сейчас. Так что определенный прогресс все-таки на лицо.

    — А вы сами хотели бы жить в таком мире?"

    вот, собственно, о чем я.
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 02:13:39
    вот я и пишу ее, "Беда приходит ночью"
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 02:19:12
    Это "гадкие лебеди" если вы не в курсе.

    Извинете, если уж вы ничего не соображаете.
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 02:22:43
    прикол в том что если уж говорите что-то - так сумейте заставить человека задуматься. А вы просто кал сливаете. Оно нам надо?
AngstremRe:Ненавистьпн 14 май 2007 09:12:22
    Банев, зачем же ты их рвешь? пусть даже и злые. уж наверное, не злее, чем отзывы Толстого о Ницше. и уж точно умнее, чем отзывы Бухарина о Павлове.
    Задуматься есть о чем. И действительно—надо людей заставлять думать. Или сам сойдешь с ума
ФомикRe:Ненавистьпн 14 май 2007 10:03:42
    Brother
    че, всю жизнь жить и не сказать себе ни разу серьезно: "я - гений" -?) - только если в шутку =)

    мне кажется, что сказать себе я гений - это все равно что признать, что тебе не достаточно того, что тебе дают. ты хочешь больше. это признание того, что твои возможности больше, чем ты думаешь. - да? Имхо, гениальность тут не при чём)
KriegerRe:Ненавистьпн 14 май 2007 18:12:45
    Товарищ Баньши! Я уже не раз успел понять, что сей креатив вам не нравится и не понравится никогда, что, несомненно, вдребезги разбило моё хрупкое больное сердце (Т.е. мне насрать на ваше мнение в частности и на большинство мнений вообще)
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 18:30:03
    а уж как мне насрать на ваше мнение :))))) ну не нравится и не нравится. Поберегите здоровье. А не дай бог сердечко не выдержит.
KriegerRe:Ненавистьпн 14 май 2007 21:55:10
    Ну вот и успокоились. Злобно ругаться и хвалиться я тоже умею.

    *хватается за грудь и коварно умирает*
BansheeRe:Ненавистьпн 14 май 2007 22:37:45
    напишите лучше че-нить кавайное )) Лично медаль вручу. Не, лучше Железный крест :) С мечами и дубовым венком :)
BrotherRe:Ненавистьвт 15 май 2007 00:27:53
    Фомик, это потому что ты смотришь на гениальность, как на проявление таланта, а я как на самоощущение от проявление этого таланта:)
ОктавианRe:Ненавистьвт 15 май 2007 00:30:22
    Это типа сакраментального "ай да Пушкин, ай да сукин сын"? =)
BrotherRe:Ненавистьвт 15 май 2007 12:01:57
    не. думаю, более протяженно по времени. на "ай да Пушкин" любой способен.
BrotherRe:Ненавистьвт 15 май 2007 12:04:18
    Banshee, очень интересный замысел. а ты дневники давно ведешь? не виртуальные, а рукописные? и почему стираешь рассказы? ну злые, но все-таке это же про тебя, то есть это же ты и твоя жизнь - как ее удалять-то?
ФомикRe:Ненавистьвт 15 май 2007 13:13:04
    А он для себя, имхо, её и не удаляет.
    Показал другим - и убрал. Как в жизни.
Страницы: 1 - 2 - 3

А вы что думаете?
Имя
Пароль Войти
E-mail
Код
Тема
Текст

(Выделите текст)
К списку

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru